Немного более либеральная протестантская церковь смирилась с дарвинизмом еще в конце XIX века. Президент Рочестерского теологического общества A.H. Strong написал в своем труде Systematic Theology (1885): "Мы допускаем правильность принципов эволюции, но рассматриваем их только как средства божественного интеллекта". Многие, кто пытался примирить церковь с наукой, строили новые теории, которые предполагали, например, что шесть библейских дней, за которые Бог создал Землю и человека, просто длились очень долго. (Седьмой день, день отдыха, по всей видимости, длиться до сих пор). Но все эти теории спотыкались, как только речь заходила о непосредственном происхождении человека.

Одна из современных эволюционных концепций об истоках жизни излагается в книге Ричарда Докинса «Эгоистичный ген». Согласно его теории, вначале земля имела атмосферу, состоявшую из углекислого газа, метана, аммиака и воды. Под влиянием энергии солнечного излучения и, может быть, благодаря молниям и вулканическим извержениям, эти простые соединения расщеплялись и затем преобразовывались в аминокислоты. Их разновидности постепенно скапливались в морях и образовывали соединения, подобные белкам. В результате океан превратился в «первичный бульон», на первых порах неживой. Затем «случайно образовалась особенно примечательная молекула», способная к воспроизведению. Подобные молекулы группировались и затем, опять-таки благодаря чрезвычайно маловероятному случаю, со всех сторон окутывались другими белковыми молекулами, которые имели защитную функцию и служили мембраной. Таким образом первая живая клетка произвела сама себя. Возможно ли это?

Вероятность же случайного образования в первичном бульоне хотя бы простой белковой молекулы равна 1:10113. Однако любое событие, вероятность которого равна 1:1050, уже откланяется математиками как неосуществимое событие. Ещё для ускорения химических реакций в клетке необходимы ферменты. Без них клетка погибла бы. Для обеспечения жизненных процессов необходимо 2 000 белков, действующих в качестве ферментов. И теперь вероятность возникновения всех их равна 1:1040 000. Такая вероятность вопиюще мала.

Ещё труднее объяснить случайное возникновение полного генетического кода, являющегося необходимым условием для размножения клетки, так как достаточно сложно появление нуклеотидов, которые входят в состав РНК и ДНК.

Благодаря бурному росту знаний за последнее время, пропасть между неживой материей и живыми организмами только увеличилась. Было установлено, что даже древнейшие известные нам одноклеточные организмы – это непостижимо сложные микроскопические формы жизни.

В 1953 году Стэнли Миллер подверг «атмосферу», состоявшую из водорода, метана, аммиака и водяного пара, электрическим разрядам. Однако он получил лишь 4 из 20 аминокислот, необходимых для жизни. До сих пор не удалось получить полного набора. Так же примечательно то, что такой опыт идёт лишь без свободного кислорода в атмосфере. И если бы в воздухе был кислород, то первая аминокислота никогда бы не образовалась; а без кислорода она была бы уничтожена космическими лучами.

Так же абсолютно невероятно образование «первичного бульона», потому что та же энергия, которая расщепляла бы в атмосфере простые химические соединения, ещё быстрее разлагала бы на составные части любые образовавшиеся сложные аминокислоты. Этого можно было бы избежать, поместив аминокислоты в воду, но здесь было бы недостаточно энергии для активации последующих химических реакций.

Останемся ли мы на непоколебимой прежней позиции, исследовав недостатки эволюции? Так, когда готовилась публикация особого столетнего издания книги Дарвина «Происхождение видов», тогдашнего директора Института содружества по биологическому контролю в Оттаве У.Р. Томпсона попросили составить предисловие. В нём он сказал: «Как известно, среди биологов имеются большие расхождения во мнениях не только относительно причин эволюции, но и относительно причин эволюции, но и относительно самого процесса. Эти разногласия существуют потому, что доказательства не удовлетворительны и не позволяют сделать какого-либо определённого вывода».

Учёные обнаружили миллионы костей и другие свидетельства прошлой жизни, так называемые ископаемые остатки. Они дают представление о развитии животных, населявших Землю, однако не доказывают того, что один вид жизни развивался в другой. Согласно теории Дарвина, сначала образовались одноклеточные организмы, которые, впоследствии, подвергаясь деформации в течение сотен миллионов лет, преобразовались сначала в беспозвоночных морских животных, а потом - в рыб. Если бы это предположение было верным, то палеонтологи могли бы предъявить “промежуточное звено” - переходные виды, связывающие различные виды животных. К примеру, если бы птицы действительно произошли от рептилий, то в древности существовали бы миллионы животных, являвшихся полуптицами полурептилиями. В книге о происхождении видов исследователь подчеркнул следующее: “Если моя теория верна, то в истории должно существовать бесчисленное множество промежуточных форм, связывающих виды друг с другом. Улики, свидетельствующие об их существовании, могут содержаться только среди останков древних животных”. В предвкушении таких находок Дарвин даже дал этим загадочным существам название “формы среднего перехода”. Если и вправду одни виды произошли от других при помощи постепенных преобразований, то почему же нам совсем не встречаются “промежуточные формы”? Дарвин считал, что они должны были сохраниться в земных слоях, и обязательно будут обнаружены при более подробном изучении древних останков. Поэтому поддерживавшие его эволюционисты на протяжении 140 лет изучали геологические слои во всех уголках планеты в поисках необходимых останков. Эти поиски закончились огромным разочарованием. “Промежуточные формы”, которыми бредил Дарвин, оказались продуктом его фантазии, направившей научный поиск по ложному пути. Известный английский палеонтолог Дарек Эйджер вопреки своим эволюционистским взглядам признает: “Наша проблема заключается в следующем: при тщательном исследовании останков, как на уровне классов, так и на уровне видов, перед нами постоянно встает один и тот же факт: образование групп произошло не постепенно за счет изменений, а одномоментно”.