Мандельштама вдохновлял адреналин страха, и поэзия Цветаевой пропитана бьющими через край гормонами. Даже этот скромный текст без четырех чашек крепкого кофе остался бы мертворожденным. Кофе - да, опиум - нет, считают сегодня. Сам я всего раз попробовал опиум. Невыносима зубная боль, еще невыносимее - гнев зубного врача, когда ему звонят в воскресенье. Был июль, в саду лепестки опадали с головок мака, как раз подоспел опиум. Я сорвал головку и съел ее как салат, вместе с белой жидкостью. Шестнадцать часов я спал мертвым сном и проснулся, удивленный, как Лазарь. Зубной боли не было, но