Проблемы российских банков накапливались не один год. Кризис постсоветской экономики во многом вызван неспособностью сложившейся российской банковской системы обслуживать крупномасштабные проекты в реальном секторе, инвестировать капитал в высококонцетрированную прмышленность, помогать ее модернизации и развитию. За неполное десятилетие своего развития кредитные организации так и остались неразвитыми, неконкурентноспособными.

К моменту кризиса 1998 года достигли критической массы взрывчатые диспропорции и дисбалансы банковской системы. Например, между московской, где сосредоточено 44% коммерческих банков и 85% банковского капитала, и региональной. Между кредитными организациями, представляющими интересы сырьевого капитала с его внушительными финансовыми ресурсами, и коммерческими банками других секторов, сидевшими на буквально на “голодном пайке”, между малыми и средними банками, составлявшими 4/5 от общего количества банков и крупными, контролировавшими, несмотря на свою малочисленность, непропорционально большую долю ресурсов. Летом 1998 года на их долю приходилось 86% бюджетных средств, 94% депозитов, 86% средств предприятий, 90% суммарных активов. При этом темпы “вымывания” с рынка малых и средних коммерческих банков намного опережали прирост численности крупных.

О несостоятельности российской банковской системы говорит и тот факт, что собственные средства всех вместе взятых российских банков до августа 1998 года не превышали 33 млрд. долларов, суммарные активы составляли примерно 155 млрд. долларов, что в почти в три раза меньше, чем у одного крупнейшего американского банка.

Еще большие диспропорции накопились в сфере кредитной политики. Подавляющая часть российских коммерческих банков (в основном представляющая интересы экспортеров-“сырьевиков”) игнорировала в силу некомпетентности или нежелания работу с реальным сектором. К осени 1998 года суммарные банковские ссуды предприятиям и населению составили 11% ВВП. По этому показателю Россия находилась на 49-м месте среди крупнейших государств. Например, в Германии доля таких кредитов достигла 113%, в США – 119%, в Японии – 193%.

Потребительское кредитование населения также продолжало оставаться в зачаточном состоянии.

Подавляющее большинство российских коммерческих банков (в том числе и все крупнейшие) сосредоточились практически исключительно на операциях на финансовом рынке, приносившем немедленную прибыль (спекуляции с валютой, ценными бумагами и другими инструментами). Они стали основным источником доходов, ликвидности коммерческих банков. К августу 1998 года из каждого рубля банковских вложений в экономику примерно 76 копеек приходилось на инвестиции в государственные ценные бумаги (ГКО, ОФЗ, ОГСЗ, евробонды, прочие обязательства казны). Например, в Канаде на те же цели расходовалось 7,4 цента из каждого доллара, в других развитых странах этот показатель еще меньше. Несомненно поэтому, что крушение финансовой “пирамиды” госбумаг 17 августа стало весьма существенной причиной краха банковской системы и кризиса в экономике. Но эта причина была далеко не единственной.

Разрушение банковской системы вызвано и другими причинами. В России, как ни в какой другой стране, сложилась ситуация, при которой сильнейшим образом переплелись экономические интересы коммерческих банков и их крупных акционеров, являвшихся одновременно привелегированными, эксклюзивными клиентами кредитных организаций и участниками их финансово-промышленных групп. Зачастую банки действовали в интересах отельных компаний, а не частных вкладчиков и других кредиторов. Это привело к колоссальному объему просроченных кредитов, которые либо не обслуживались, либо вовсе не могли быть возвращены даже при бесчисленных пролонгациях. В результате огромная часть банковских активов оказалась иммобилизованной и обесцененной.

Профессионализм руководящего звена многих банков находился на неудовлетворительном уровне. Нередко личная корыстная заинтересованность менеджеров в проведении конкретных операций наносила непоправимый ущерб кредитодателям и акционерам коммерческих банков.

Находящиеся в распоряжении руководства банков средства использовались для осуществления коррупции, для проведения различных кампаний, для лоббирования в структурах власти.

Крайне неэффективно растрачивались государственные бюджетные средства, составлявшие важную ресурсную базу для некоторых коммерческих банков. Причем эта база была бесплатной, поскольку по ней обычно не начисляли процентов. Эти средства использовались для ускоренного наращивания размеров операций. В результате сложилась аномальная взаимозависимость между кредитными организациями и бюджетами различных уровней. Банкротство одних немедленно приводило к краху других.

Во многих коммерческих банках валюта баланса искусственно раздувалась с помощью межфилиального оборота и других комбинаций. Широко практиковалась “двойная” и даже “тройная” бухгалтерия. Банки активно участвовали в обналичивании и “отмывании” денег, нелегальном экспорте капитала за рубеж. По некоторым оценкам, за годы реформ из России было вывезено от 700 млрд. до 1 трлн. долларов.